Чернобыльская катастрофа, произошедшая 26 апреля 1986 года, остаётся одной из самых разрушительных и трагических ядерных катастроф в истории человечества. В ту ночь на четвёртом энергоблоке Чернобыльской АЭС прогремел взрыв. Сегодня, в День участников ликвидации последствий радиационных аварий и катастроф, мы вспоминаем хронологию тех событий и отдаём дань уважения подвигу ликвидаторов, среди которых были и жители Омской области.
Хроника трагедии: как это было
Катастрофа на Чернобыльской АЭС официально признана наиболее тяжёлой — 7 уровень по Международной шкале ядерных событий.
25 апреля 1986 года. Планировалось остановить 4-й энергоблок для планового обслуживания. Заодно решили провести испытания «режима выбега ротора турбогенератора» — проверку того, сможет ли турбина в аварийной ситуации вырабатывать ток для насосов охлаждения. Из-за требований диспетчера Киевского энергоузла начало испытаний отложили.
26 апреля, 00:28. Операторы продолжили снижение мощности. Из-за ошибки она упала почти до нуля (30 МВт). Чтобы преодолеть «ксеноновую яму» и поднять мощность для эксперимента (до 200 МВт), операторы извлекли из активной зоны почти все управляющие стержни.
26 апреля, 01:23:04. Начался эксперимент. Из-за конструктивных недостатков реактора РБМК-1000 мощность стала неконтролируемо расти. Начальник смены Александр Акимов нажал кнопку аварийной защиты (АЗ-5).
01:23:47. Произошло два мощных взрыва. Реактор массой 2000 тонн был разрушен. В воздух поднялись тонны радиоактивной пыли (изотопы урана, плутония, йода-131, цезия-137). По некоторым данным, выброс был в 500 раз мощнее бомбы в Хиросиме.
Первыми на месте приняли удар пожарные. Они тушили крышу без специальной защиты. К утру у них появились слабость и «ядерный загар», многие скончались в московской больнице от лучевой болезни. Всего к ликвидации последствий привлекли около 600 тысяч человек со всего СССР.
Омский след в истории
Омичи были и среди первых, кто увидел катастрофу своими глазами, и среди тех, кто годами разбирал её последствия. Они работали как в самый разгар ядерного кошмара, так и на многолетней зачистке заражённой земли.
Когда реактор только взорвался, а над станцией ещё висело смертоносное облако, в небо поднялся вертолёт Ми-8. За штурвалом был омич Владимир Балахонов.
«В этот день нужно было выполнить аэрофотосъёмку, так как никто ещё не видел и не знал, что там произошло. Мы поднялись на высоту 200 метров и своими глазами увидели происходящее», — вспоминал лётчик-штурман.
Он один из тех, кто работал в самом пекле, когда масштаб трагедии ещё только предстояло осознать.
Другие омичи прибыли позже и остались надолго. Они выполняли одну из самых опасных и грязных работ: очистку крыш и уничтожение пресловутого «рыжего леса».
«Деревья были похожи на грибы — лисички, с ярко-золотым отливом… Из-за ветров радиационное облако оседало пятнами на деревьях. Они фонили сами по себе. Их нужно было удалять и вывозить. Сжигать нельзя — радиация осталась бы на месте», — рассказывал в 2016 году председатель омского «Союза Чернобыль» Сергей Михайлович Андреев. На момент трагедии ему был 31 год, он работал заведующим лабораторией в Политехе, пока не пришла повестка.
Как вспоминает Сергей Андреев, инструктаж тогда был, как из фильма «Джентльмены удачи»: «Туда не ходи, ты сюда ходи, а то снег в башка попадёт, совсем плохо станет».
Уровень опасности измеряли дозиметрами, определяя, сколько времени можно пробыть на объекте — секунду или час. Норму облучения многие омичи набирали всего за две недели.
Вечная память и поддержка сегодня
26 апреля в России — официальная памятная дата. Государство продолжает оказывать поддержку ликвидаторам. Как сообщает отделение Социального фонда по Омской области, сегодня 888 жителей региона получают меры соцподдержки.
Им положены:
- Ежемесячная денежная выплата: от 3,5 до 4,3 тыс. рублей.
- Компенсация на питание и возмещение вреда здоровью: ежемесячно до 32 тыс. рублей.
- Досрочная пенсия: возраст выхода снижается на 5 или даже 10 лет.
Кроме того, раз в год ликвидаторы могут подать заявление на компенсацию за оздоровление.
Эта поддержка — лишь малая часть того долга, который общество не перестанет отдавать тем, кто ценой своего здоровья закрыл радиационную бомбу. Пока живы последние свидетели тех событий, жив и наш долг — помнить.
